|
There you are, exhausted from another night of crying,
curled up on the couch, the floor, at the foot of the bed, anywhere you fall you fall down crying, half amazed
at what the body is capable of, not believing you can cry anymore. And there they are: his socks, his shirt, your
underwear, and your winter gloves, all in a loose pile next to the bathroom door, and you fall down again.
Someday, years from now, things will be different: the house clean for once, everything in its place, windows
shining, sun coming in easily now, skimming across the thin glaze of wax on the wood floor. You’ll be peeling
an orange or watching a bird leap from the edge of the rooftop next door, noticing how, for instance, her body is trapped
in the air, only a moment before gathering the will to fly into the ruff at her wings, and then doing it: flying.
You’ll be reading, and for a moment you’ll see a word you don’t recognize, a simple word like cup or gate or wisp
and you’ll ponder like a child discovering language. Cup, you’ll say over and over until it begins to make sense,
and that’s when you’ll say it, for the first time, out loud: He’s dead. He’s not coming back, and it will be the first time you believe it.
|
![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
gloompixie's Friends Page
В субботу накрылся мой преданный плеер, и я малость угорел от болтливости прохожих, вторгающихся в моё личное аудиопространство. Не то, чтоб до этого всегда и всюду ходил не снимая наушников, но зато теперь объяснима моя шпионская привычка задним ухом мониторить окружающую звукосреду во время прогулок с друзьями. Даже при самой оживлённой беседе, каюсь, запросто могу перебить собеседника вопросом "Слышал, что только что сказал вон тот дядька?" Делаю это потому, что с собеседником на пару легко можно вышучивать речевой белый шум. В одиночном же поединке с реальностью не мне предназначенные слова, попадая в голые уши, вязнут в мозгах -- в субботу это были "декаданс" (женщина со слабоалкоголкой посреди вечерней улицы) и 
( 